Сёнти был одноглазым учителем Дзэн, воодушевлённым просветлением.

Он учил своих учеников в храме Тофуку. День и ночь весь храм был погружён в молчание. Не слышно было ни звука. Даже чтение сутр было упразднено учителем. Его ученики не занимались ничем, кроме медитации.

Когда мастер умер, старые соседи услышали звонки, чтение сутр. Они сразу поняли, что Сёнти умер.

Каждый день Дзуйган Сигэн обращался к себе:

— Подлинное «я»! — и тут же отвечал: — Да, слушаю.

— Проснись! Проснись! — говорил он и тут же отвечал: — Хорошо, хорошо.

— В будущем не давай другим повода презирать тебя и не позволяй оставлять тебя в дураках! — и отвечал: — Нет, нет.

 

Искатели Пути
Не постигают природы подлинного «я»
Лишь потому, что пребывают
На уровне относительного ума,
Который есть причина
Вечных перевоплощений.
Глупцы принимают этот ум
За свое подлинное «я».

Когда Сейсецу был учителем Энкаку в Камакура, он потребовал большое помещение, так как то, в котором он преподавал, было переполнено.

Умедзу Сейбей, купец из Эдо, решил пожертвовать 500 кусков золота, называемых рё, на строительство более просторной школы. Эти деньги он принёс учителю.

Сейсецу сказал:

— Хорошо, я возьму их.

Умедзу отдал Сейсецу сумку с золотом, но остался недоволен отношением учителя. Один человек на три рё может прожить целый год, а его даже не поблагодарили за 500 рё!

— В этой сумке 500 рё, — как бы невзначай сказал Умедзу.

— Ты мне уже сказал, — ответил Сейсецу.

— Хоть я и богач, но 500 рё для меня большие деньги, — снова заговорил Умедзу.

—Ты хочешь, чтобы я поблагодарил тебя за них? — спросил Сейсецу.

— Ты должен это сделать, — ответил Умедзу.

— Почему должен я? — спросил Сейсецу. — Дающий должен благодарить.

Эту историю рассказал Сена Саку:

 

Каждый день в полдень наш учитель обычно дремал. Мы, дети, спросили его, почему он так делает, и он ответил:

— Я ухожу в страну грёз, чтобы встретить там старых мудрецов, как это делал Конфуций. Когда Конфуций спал, он видел во сне древних мудрецов и позже рассказывал о них своим ученикам.

Однажды был очень жаркий день, так что некоторые из нас задремали. Наш учитель побранил нас.

— Мы отправились в страну грёз, чтобы встретиться с древними мудрецами, как это делал Конфуций, — объяснили мы.

— Что же вам сообщили мудрецы? — требовательно спросил учитель.

Один из нас ответил:

— Мы ходили в страну грёз и встретили там мудрецов. Мы спросили их, приходит ли сюда наш учитель каждый день в полдень, но они ответили, что никогда не видели такого человека.

Однажды утром Лин-чи находился в храме. Вскоре пришёл молодой человек и сел неподалёку с закрытыми глазами в застывшей позе. Этот молодой человек жаждал стать учеником и таким образом думал произвести впечатление на Мастера...

Лин-чи подошёл и, стукнув его костяшками пальцев по голове, произнёс:

— Вставай и уходи! В нашем храме достаточно статуй.

Огорчённый молодой человек обернулся на пороге, и Лин-чи сказал:

— Будь живым! Не претендуй и не усердствуй!

Ле-цзы направился в Ци, но с полдороги вернулся и встретил дядю Темнеющее Око.

— Почему возвратился? — спросил Темнеющее Око.

— Я испугался!

— Чего же испугался?

— Я ел в десяти харчевнях, и в пяти мне подавали раньше всех.

— Пусть так. Но чего же тебе пугаться?

— Чистота внутри ещё не освободилась, а из тела она просачивается в виде луча. Внешним воздействовать на сердца людей, чтобы они пренебрегали уважаемыми и старыми, значит готовить себе беду. Ведь хозяин харчевни не имеет лишних доходов, продаёт лишь кашу да похлёбку. Если так поступает тот, у кого прибыль скудная, а власть ничтожная, что же сделает властитель тьмы колесниц, который отдаёт все силы государству и все знания управлению? Поэтому-то я и испугался, что тот царь захочет поручить мне дела и станет ждать от меня заслуг.

— Прекрасное наблюдение! — воскликнул Темнеющее Око. — Но если ты останешься у себя, люди станут искать у тебя защиты.

Вскоре Темнеющее Око пришёл к Ле-цзы и у дверей увидел множество туфель. Обернувшись лицом к северу, Темнеющее Око опёрся подбородком о посох, нахмурился и, постояв немного, молча вышел. Принимавший гостей доложил об этом Ле-цзы. Тот, босой, с туфлями в руках, побежал за Темнеющим Оком и, догнав у ворот, спросил:

— Поскольку вы, Преждерождённый, пришли, не дадите ли мне совет?

— Всё кончено! Я предупреждал, что люди станут искать у тебя защиты. Это действительно так! Способный привлечь других, чтобы стекались к тебе, ты оказался не способным помешать другим искать защиты. К чему это?

Стоит результату разойтись с предвидением, и непременно получится огорчение. Оно бессмысленно и поколеблет тебя самого. Никто из твоих последователей этого тебе не скажет. Вся их мелкая болтовня — яд для человека. Без пробуждения, без сознания разве помогут созреванию друг друга?

Однажды, когда Юнь-Мень читал проповедь монахам, он спросил у них:

— Хотите ли вы встретиться с древними патриархами?

Прежде, чем кто-либо успел ответить, он указал своей палкой над головами монахов, сказав:

— Древние патриархи прыгают по вашим головам.

Затем он спросил:

— Хотите ли вы увидеть глаза древних патриархов? — Он указал на землю под ногами монахов и продолжил. — Они все у вас под ногами.

После короткой паузы он сказал как будто бы про себя:

— Я устроил пир в китайском храме, но этих голодных богов никогда не удовлетворишь.